[go: up one dir, main page]

О чем кричат нам жесткие госпроверки остановленного завода Toyota в Санкт-Петербурге

Фото avtovzglyad.ru
Непонятная возня государственных структур вокруг давно прекратившего работу завода Toyota затихла так же неожиданно, как и началась — словно по мановению волшебной палочки. Однако она оставила после себя некоторое неприятное послевкусие, имеющее, впрочем, самое косвенное отношение к самому набегу на предприятие. Портал «АвтоВзгляд» разбирался, какие проблемы, спровоцированные спешно покинувшими нас иностранными производителями, еще только ждут Россию.

Несколько дней назад отечественные СМИ, периодически включающие режим бега на месте из-за отсутствия животрепещущей внутриэкономической повестки, наконец-то возбудились и закипели. На завод Toyota в Шушарах, который давно уже объявил о приостановке работы и проходит в настоящее время процедуру консервации, орлами и соколами налетели представители сразу нескольких государственных служб — прокуратуры, Ростехнадзора, ФГУП «НАМИ», налоговой и трудовой инспекции.

Пошумев, поворчав, пофантазировав насчет истинных причин столь представительного визита компетентных органов на безвременно скончавшийся завод, СМИ вскоре успокоились, поскольку никакой жареной информации им выудить из собственных источников не удалось, а пресс-служба компании отделалась невнятным сообщением: «На заводе проходит внеплановая проверка соблюдения требований налогового, трудового законодательства, а также законодательства об импортозамещении, акционерных обществах, техническом регулировании, промышленной безопасности».

Что бы ни затевали в Шушарах сотрудники НАМИ вкупе с силовиками, это останется тайной за семьи печатями ровно до того времени, когда им будет благоугодно раскрыть свои карты. Впрочем, что бы они ни скрывали, абсолютно никакого интереса для широких масс это не представляет.

  • Фото Ирина Корбат/«Фонтанка.ру»
  • Фото Ирина Корбат/«Фонтанка.ру»

Хотели остановить вывоз оборудования? Да пожалуйста. Наоборот, инвентаризировали его для отправки куда подале? Нет проблем. Оценивали для последующей продажи? Бог в помощь. Собирались перепахать, рекультивировать и взрастить там фруковый сад? Очень замечательно. На самом деле дальнейшая судьба этого завода (как, впрочем, и всех других, брошенных своими владельцами) незавидная, в какую сторону ни посмотри.

Продолжать производство того самого, для чего предприятие возводилось, мы все равно не будем, поскольку тупо не знаем, с помощью чего, как и за счет чего делать эти проклятые современные автомобили. Казалось бы, вот они, вожделенные передовые технологии, сами просятся в руки — ан нет. С каким гаечным ключом, отверткой или болгаркой, на худой конец, к ним подойти — непонятно. И разобраться в оставленном нам железе, доверху набитом искусственным интеллектом, выходит будто некому.

В 1747 году Михайло Ломоносов надеялся, что на его призыв придут рукастые и головастые мастеровитые ребята.

О вы, которых ожидает

Отечество от недр своих

И видеть таковых желает,

Каких зовет от стран чужих,

О, ваши дни благословенны!

Дерзайте ныне ободренны

Раченьем вашим показать,

Что может собственных Платонов

И быстрых разумом Невтонов

Российская земля рождать.

Нынче на дворе уже 2022 год, а Невтонов с Платонами что-то по-прежнему не видать.

Фото: www.autocritica.ro

Поэтому у всех оставленных нам предприятий — будь то «АвтоФрамос» в Москве, Nissan в Питере, Volkswagen в Калуге, проданных за рубль или за целых два — выбор невелик. Или миллиардное оборудование демонтируют за ненадобностью, а затем новый китайский хозяин установит на его месте свое — пусть хуже, но с которым его люди умеют работать. Или из технопарков сделают технозаповедники, где будут гулять и отдыхать довольные граждане. За примером, как лихо это делается, можно сходить на территорию бывшего завода ЗиЛ.

Есть, впрочем, и третий вариант. Дать всем этим роботам и прочим промышленным монстрам как следует проржаветь, а потом снимать там заключительные сцены отечественных боевиков, показывая Голливуду фигу в кармане. Интересно, что сказали бы наши деды, которые тащили заводы из побежденной Германии вовсе не для того, чтобы они рассыпались в прах на новом месте.